2.1
Что такое норма?

Гендерный психолог Мария Сабунаева рассуждает о том, что у каждого их нас очень много признаков, по которым общество оценивает нашу "нормальность", и вывести какую-то единую норму сложно.

2 минуты
Расшифровка интервью
Размер шрифта UP DOWN

У меня есть один любимый прием, который я использую, когда веду занятия на гендерную тему, про мужчин и женщин. Я спрашиваю аудиторию: поднимите, пожалуйста, руки, кто из вас здесь нормальные мужчины и женщины? После этого все происходит ровно по одному сценарию: сначала виснет пауза; потом кто-нибудь из аудитории спрашивает, обычно, подозрительным голосом — что вы подразумеваете под нормой? И именно с этой точки мы и начинаем разговор о том, что нормы не существует.

Мы все время говорим: нормальный мужчина — не нормальный мужчина, нормальная женщина — не нормальная женщина. А где она, эта норма? А вы, например, уверены, что вы нормальные? Люди тоже не всегда уверены, что они нормальные, и найти вот этого нормального, идеального мужчину или женщину из учебника, гетеросексуала или гомосексуала, невозможно. Нет нормы, существуют разные люди, существуют люди со своими особенностями.

Нет людей, которые всем удобны, нет людей, которые для всех правильны, мы все — так или иначе — особые. И если мы примем эту разность, эту “особость” мира, нам тоже будет легче. В этом плане в советской риторике была идея интернациональности, и она как идея сама по себе была очень хороша. Ты — такой, а я — другой, мы — разные. Я помню картинки из детских журналов, где все стояли в кругу, разноцветные, с разным цветом глаз, с разными мотивами, в разной одежде.

Да, здесь то же самое. Мы можем стоять в этом же кругу: ты — музыкант, ты — художник, ты — гетеросексуал, ты — гомосексуал, ты — трансгендер. Мы все — разные, мы все — особые. У тебя могут быть еще какие-то особенности, связанные со здоровьем, или не связанные со здоровьем. Ты можешь быть высоким или низким, мы все очень разные, в этом и интерес. Если бы мы все были одинаковыми, это было бы очень скучно. И вот это уже было бы тоталитарное общество.

Мария Сабунаева